Миновал месяц войны США и Израиля с Ираном, которая в самом начале ожидалась Трампом как блицкриг на три-четыре дня.
Заявленная цель смены режима в Иране достигнута не была, и уже крайне маловероятно, что будет выполнена в обозримой перспективе без полномасштабной наземной интервенции.
Окрылённый успехом похищения президента Венесуэлы и принуждения к сотрудничеству с США оставшихся чиновников, Трамп решил, что убийство лидера Ирана аятоллы Хаменеи приведёт к аналогичным результатам и там. Но не привело.
Напротив, под внешней угрозой Иран мобилизовался и дал очень серьёзный отпор, которого от него не ожидали. Ракеты и дроны полетели теперь не только по Израилю, а сразу по всем базам США в регионе Персидского залива, а также по экономическому потенциалу стран, где эти базы расположены.
США едва ли не целиком проигнорировали главную угрозу от Ирана — дроновую. Хотя исламская республика является фактически одним из крупнейших их производителей и законодателей мод. Как результат, дроны Shahed 136 и Arash 2 регулярно прилетают по военным объектам США и союзников, потому что в регионе практически отсутствуют дешёвые и массовые антидроновые системы ПВО. А трата на БПЛА дорогущих ракет PAC-3 и SM-3 приводит к их истощению и пропускам уже баллистических ракет Ирана.
В результате американцы и союзники потеряли уже несколько дорогих и важных РЛС ПРО, расположенные на авиабазах самолёты-заправщики и самолёт ДРЛО, а также столкнулись с серьёзными разрушениями инфраструктуры. И это с учётом того, что авиация США и Израиля объективно завоевала господство в воздухе над Ираном и американский флот не даёт шанса кораблям Ирана в море.
Стоит отметить, что Иран понёс очень тяжёлые потери среди командиров высокого звена, в пусковых установках, установках ПВО и РЛС. Но, несмотря на это, Тегеран по-прежнему сохраняет возможность наносить удары по противникам в регионе, которые те регулярно пропускают, а также эффективно блокировать Ормузский пролив. США же не могут окончательно лишить Иран ударного потенциала, несмотря на всё могущество своих ВВС, а также не могут разблокировать Ормуз, несмотря на могущество флота.
Есть все основания полагать, что такой статус-кво может сохраняться ещё долгие месяцы, из-за чего США придётся либо готовить масштабную наземную операцию в Иране, либо искать выходы из войны на приемлемых для всех условиях.
Если смотреть с точки зрения Ирана, то их явно не устроит остановка конфликта в формате «как есть», где США и Израиль просто перестают бомбить Иран, а иранцы, в свою очередь, перестают наносить удары по Израилю, странам Залива и военным базам США там. Просто потому, что такой сценарий выгоден прежде всего США. Откроется Ормуз, мировые топливные рынки стабилизируются, а противники Ирана сразу начнут подготовку к новой фазе войны, но уже со значительно более ослабленным Тегераном и при понимании того, с какими его действиями могут столкнуться в будущем.
Скорее всего, Иран опасается, что текущая воздушная фаза операции против него может стать тем, чем для Ирака в 1991 году стала операция «Буря в пустыне». Тогда США значительно ослабили армию Саддама Хусейна при помощи ракет и авиации при очень ограниченном наземном вторжении, а потом ушли, чтобы вернуться в ослабленный Ирак в 2003 году с новыми силами и полноценной интервенцией для смены режима. Только в случае с Ираном произойти это может ещё раньше, чтобы не дать ему шанса восстановиться.
Именно поэтому иранские власти и требуют от США гарантий окончательного завершения конфликта, а не просто передышки, в рамках которых не собираются отказываться от ракетной и ядерной программ, являющихся единственным реальным козырем безопасности страны.
Главный вопрос во всём этом — как гарантировать выполнение этих обязательств со стороны США, ведь с американцев никто не спросит, если те решат начать новую войну.
