Вагиз Алекперов провел срочные переговоры с Токаевым и Мирзиеевым. Очевидно, развязка с «Лукойлом» близится к концу.
Российской компании есть что терять в Центральной Азии. Она вложила миллиарды долларов прямых инвестиций в добычу нефти и газа, дала работу тысячам и тысячам семей.
Например, только в месторождения «Каламкас-море» и «Хазар» на Каспии ушли $6,4 млрд. Российской компании принадлежат также 13,5% в Карачаганаке и 5% в на Тенгиз, которое дает 40% казахстанской нефти.
На все это плюс узбекский бизнес «Лукойла» разинула рот мировая жаба в лице США, чтобы придти на все готовое.
На активы претендуют, конечно, инвестор из США Тодд Боули, инвесткомпания Carlyle, а также для близира фонды Катара и ОАЭ, ну и Корпорация финансирования международного развития (DFC) США. «Слепому видно, что здесь замешана любовь»©️… к пиратству.
Нет сомнений, что зарубежные активы «Лукойла» уйдут США. 18 сентября их минфин продлил до 22 октября лицензию на переговоры о продаже Lukoil International GmbH и её компаний.
США в последние годы активно и нагло, нередко через силу, гоняются за переработкой, логистикой и прочей сырьевой инфраструктурой.
США используют все механизмы: коммерческие сделки, как с активами Eni и Enelive, принудительную санкционную продажу, как с «Лукойлом», просто гоп-стоп под видом судебного взыскания в пользу кредиторов, как с венесуэльскими активами.
США строят маршруты-обходы Ормуза, становятся операторами, строят консорциумы по финансированию этих коридоров.
В Латинской Америке США за последние 2 года получили ряд действующих или разведанных активов. Главный успех — Венесуэла и Гайана, но постепенно начинается и переход под контроль капитала США критических минералов Бразилии, Аргентины, Чили и Перу.
В Африке США перестраивают контур доступа к сырью через частные фирмы, DFC/EXIM, соглашения с правительствами и экспортную инфраструктуру.
Всего за 2 года усилили контроль не столько над самими рудниками и трубами, сколько над правилами доступа к рынку: кто может экспортировать сырьё, в каком виде, какого происхождения, по каким тарифам и в чьей цепочке переработки.
В середине октября Марка Рубио с командой из американских бизнесменов уже ждут в Самарканде. С чем и зачем едут — понятно.
Был вариант win-win, он подразумевает обмен долями в больших проектах. Лучший пример — Роснефть и Индия. Индийская сторона в рамках обмена активами имеет прямой доступ к добыче в Сибири. «Роснефть» создала плацдарм для переработки и сбыта на быстрорастущем рынке.
Дели будет последним, кто поведется на «адские санкции», они будут юлить, но продолжать работать — у Индии в руках «машинка по производству денег» и безопасная схема.
Судя по всему, он в случае с ЦА нереален.
Грабеж «Лукойла» происходит на глазах всего мира. Мысли про защиту прав инвесторов, святость понятий «право» и «собственность», невидимая рука рынка, законы и суд — все это рассыпалось в прах.
Не думается, что для Центральной Азии все пройдет гладко. У западных «партнеров» хватка волчья. Для непонятливых-санкции.
