16+
18 Октября 05:32
Был глазу нов

Как Илья Глазунов стал национальной гордостью России

 

В воскресенье, 9 июля, в Москве на 88-м году жизни скончался Илья Глазунов — гениальный русский художник.

Народный художник СССР, основатель и бессменный ректор Российской академии живописи, ваяния и зодчества, создатель трех тысяч  полотен…

Очередь на Глазунова — это была верная примета поздней советской эпохи. Обвивая двойной петлей гигантское здание московского Манежа, очередь не исчезала в холода и снегопады. Стоять к нему приходилось едва ли меньше, чем к Джоконде, в этом мощном строю жаждущих искусства можно было встретить представителей всех сословий, от студентов и старших школьников до рабочих, инженеров и учителей. А последняя выставка Ильи Глазунова в Манеже прошла три года назад. Вход был свободный. Эти события разделяла жизнь, полная борьбы и непримиримых противоречий — то с властью, то с профессиональным сообществом, мнения которого, впрочем, Илья Глазунов предпочитал не замечать.

Он родился 10 июня 1930 года в Ленинграде, в семье дочери действительного статского советника и историка, происходящего из уважаемой купеческой семьи. В блокаду потерял всех. Его самого, 12-летнего, вывезли по льду Ладожского озера. Вернувшись в Ленинград, в 1951-м будущий живописец поступил в Ленинградский институт живописи, скульптуры и архитектуры имени И.Е. Репина (бывшую Императорскую академию художеств), в мастерскую маститого Бориса Иогансона. Первые же известные графические циклы Глазунова — «Город», «Образы России», но прежде всего иллюстрации к Достоевскому, выявившие в молодом художнике адепта академической школы, были удостоены Гран-при на международном конкурсе в Праге в 1956-м. А через год 80 его листов — небывалое событие для начинающего художника — были выставлены в Центральном Доме работников искусств в Москве.

С этого времени жизнеописание все чаще напоминает апокрифы. По воспоминаниям некоторых современников, первая выставка прославила художника. По мемуарам других, не слишком ему помогла: Глазунов был в опале после того, как в качестве диплома предложил картину «Дороги войны». На холсте он изобразил отступление советских войск в 1941 году, институтское начальство было против: «Война характерна победой, а вы смакуете отступление». Тут важна не только оценка, но то обстоятельство, что критики все чаще стали обращать внимание на то, что Глазунов изображал, а не как. Для диплома Глазунов в итоге предложил другую работу, а эту выставили в Манеже. Выставка проработала пять дней, потом ее закрыли, а картину, по одним сведениям, сразу сожгли, а по воспоминаниям Ильи Сергеевича, ее купил Музей Вооруженных Сил в Москве, где она и сгинула. Но в 1980-х автор ее восстановил.

Вошло в историю и полотно «Мистерия XX века», работа 1987 года, где Глазунов изобразил крупнейших политических лидеров и деятелей литературы и искусства ушедшего столетия. Среди героев картины оказался Солженицын, тогда запрещенный в СССР. Вот как это комментировал сам художник: «Думаю, именно из-за Александра Исаевича картину запретили к показу в СССР, а у меня начались серьезные проблемы. Вплоть до угрозы лишения советского подданства и высылки из страны в 24 часа…»

Илья Глазунов многим обязан Сергею Михалкову. Тот с молодости защищал художника и не давал в обиду властям.

Они познакомились в 1958-м. Михалков представил художника министру культуры СССР Екатерине Фурцевой, из ее рук Глазунов немедленно получил квартиру и 40-метровую мастерскую. Высокое покровительство тогда обеспечивало немыслимые для других художников заграничные командировки и отменные заказы — Глазунов писал портреты советских героев и итальянских кинозвезд, ему позировали Феллини, Сикейрос, король Швеции Густав и Иосиф Кобзон.

Когда в 2015 году стало известно, что приговорен к сносу отреставрированный по проекту Глазунова 14-й корпус Кремля, художник, конечно, посетовал: «Вот что бы я действительно снес без всякого сожаления, эту уродливую стеклянную коробку, построенную при Хрущеве, именуемую Кремлевским дворцом». Однако зал, оформленный Ильей Глазуновым вместе с его сыном Иваном, есть в Большом Кремлевском дворце.

Приверженность классике, реализму, православно-национальный пафос его работ и резкое, воинственное неприятие авангарда и абстрактного искусства во всех его проявлениях, только упрочили положение Глазунова. Он не боялся прослыть ретроградом, и устремления его были вознаграждены: в 2004-м напротив ГМИИ имени А.С. Пушкина на Волхонке, открылась его, Ильи Глазунова, собственная картинная галерея. В ней и теперь всегда народ.

Ирина Мак