16+
24 Ноября 07:13
Нары для Гульнары

Скандал вокруг Гульнары Каримовой потряс Узбекистан.

Перемену в судьбе бывшей «ташкентской принцессы» российский исламовед Алексей Малашенко связывает с желанием новых властей республики «зачистить политическое поле и заставить полностью забыть о дочери бывшего президента». Тем временем в Узбекистане против Каримовой открыли новое уголовное дело, а это означает, что женщине предстоит еще один суд.

Новый поворот в судьбе Гульнары Каримовой мог в действительности произойти несколькими месяцами раньше — сразу же после смерти ее отца 2 сентября 2016 года. С тех пор о дочери политика почти ничего не было известно. В интернет-пространстве распространялись слухи о смерти Каримовой в результате отравления, а также помещении ее в тюрьму. В марте их опроверг адвокат Каримовой Грегуар Манжа, сумевший встретиться с дочерью президента во время допроса, проводившегося прокуратурой. По этим сведениям, тогда женщина еще находилась под домашним арестом.

Решение ужесточить режим наказания для Каримовой узбекские власти приняли одновременно с обращением к правоохранительным органам других стран с просьбой об аресте активов, принадлежащих осужденной. В запросе, направленном из Узбекистана, фигурируют 12 стран, среди которых и Россия. Здесь Каримовой принадлежит счет на сравнительно небольшую сумму в шесть миллионов долларов, пентхаус в жилом комплексе «Камелот», особняк в массиве «Рублевка», восемь квартир и гостиничный комплекс в Ялте. Большую часть принадлежащих ей и ее партнерам средств Каримова хранила в дальнем зарубежье. Узбекские правоохранители отыскали у Каримовой один миллиард 394 миллиона долларов США на банковских счетах, большая часть которых (777 миллионов) — в Швейцарии.

Разглашение узбекской прокуратурой пунктов обвинения, по которым уже была осуждена Каримова, показывает, что большинство из них имеет отношение к злоупотреблению властными полномочиями, вытекавшими из родства с главой республики. Каримову признали виновной в хищениях, растрате государственной собственности и завладении путем вымогательства денежными средствами крупных, умевших себя защитить, предпринимателей. Несмотря на просматривающуюся логику, видеть в аресте Каримовой пролог к развенчанию ее отца не стоит. Как считают эксперты, отношение официального Ташкента к наследию президента не претерпит изменений.

Бизнесвумен, политик и даже поп-исполнительница Гульнара Каримова стала известна широкой публике вскоре после брака с американским предпринимателем узбекско-афганского происхождения Мансуром Максуди. Этот союз обернулся приходом бизнес-структур Максуди в республику. Под контролем звездной пары Узбекистана вскоре оказались экспорт хлопка и нефтепродуктов, производство прохладительных напитков и поставки сахара. Тогда же появились первые обвинения, что часть активов дочь и зять президента получили в свое владение нечестным путем.

Последовавшая за тем бизнес-карьера Каримовой развивалась в ритме ее частной жизни. После развода с Максуди в 2001 году дочь президента добилась конфискации принадлежавшей тому собственности и заведения против него уголовных дел. Новым бизнес-партнером «принцессы» стал ее гражданский муж Рустам Мадумаров. Именно его офшорная компания получила во владение узбекский мобильный оператор «Уздунробита».

Как рассказал Малашенко, предпринимательская деятельность Каримовой-младшей вызывала раздражение у ее отца, зачастую оказывающегося в «глупом положении».

«Ему приходилось оправдываться перед политиками из ЕС и США за ее деятельность за рубежом, раздражение в их отношениях росло», — говорит политолог.

Тогда же Каримова обзавелась могущественным недоброжелателем в лице председателя Службы национальной безопасности Рустама Иноятова. По мнению Малашенко, влиятельный силовик, сохранивший власть после смерти Каримова, может стоять и за нынешними преследованиями против «принцессы».

Как сообщает сайт Генеральной прокуратуры Узбекистана, уголовное дело против Гульнары Каримовой было открыто в 2013 году, а решение суда по нему вынесено в 2015-м. Все это время Ислам Каримов находился у власти, а дочь, порицаемая за отказ принять традиционную для Средней Азии женскую роль, все глубже погружалась в немилость.

«Гульнара Каримова не пользовалась успехом у общественного мнения Узбекистана, но существовала городская прослойка, которая ее поддерживала. Для некоторых из узбеков она была эффектным символом современности, женской эмансипации, свободы нравов. Узбекистан вне традиций — и безо всякого ислама. Это была европейская узбекская дама. И все же большинство ее не любило: и если бы состоялись демократические выборы с ее участием, она бы никогда не прошла», — заключает Малашенко.

Теперь же, по мнению эксперта, власти Узбекистана постараются сделать так, чтобы о Каримовой забыли.

«Однако заводить новое уголовное дело и проводить суд, возможно, не самый удачный ход. Ведь Гульнара Каримова знает очень много. Вряд ли кто-то еще знает так много, как она. И Гульнара может рассказать обо всем на суде», — предупреждает эксперт.

Игорь Гашков