18+
15 Апреля 10:49
Вести.UZ | Новости Узбекистан, Россия, Казахстан, Украина, Беларусь

Сторонники халифата поубавили пыл

Еще недавно активисты запрещенной «Хизб-ут-Тахрир» вольготно чувствовали себя в Крыму. О том, что происходит сегодня,  рассказал заместитель  муфтия полуострова Айдер Исмаилов.

 

– Есть ли какие-то позитивные изменения? Что вам нравится в новых условиях российской действительности?

– В России оказывается материальная помощь религиозным организациям, учреждён Фонд поддержки исламской науки, культуры и образования. Так что можно констатировать, что со стороны государства содействие духовным управлениям и религиозным организациям осуществляется в большем объеме. Это проявляется и в осуществлении уставных целей этих организаций, т.е. непосредственно в их деятельности, в книгопечатании и так далее. Кроме того, сейчас мы будем проводить в конце сентября вторые Гаспринские чтения в Бахчисарае с привлечением ученых мужей, и второе мероприятие будет посвящено 700-летию мечети Хана Узбека. Оно пройдет в середине октября в Симферополе. Вот два новых проекта, которые мы с Фондом собираемся реализовать. Это позитивный момент, шаги вперед.

– Что касается радикальных проявлений в Крыму: мы слышали, что там есть Хизб ут-Тахрир, которая в РФ считается террористической и запрещена. Вы имели какой-то опыт общения с этими людьми, и есть ли у вас какие-то механизмы воздействия на них, чтобы направить их в правильное русло?

–ДУМ Крыма изначально категорически не приемлет идею, методы работы и те воззрения, которые провозглашает партия Хизб ут-Тахрир. Конечно, очень много было споров, разногласий на этой почве, попытки захвата местной религиозной общины, мечети, т.е. установления контроля над этими мечетями. Определенные конфликты всегда существовали. Но, если учитывать, что Хизб ут-Тахрир присутствует у нас на территории Крыма примерно с 1998 года (хоть и в небольших объемах, не превышающих нескольких тысяч адептов), думаю, что наше главное достижение заключается в том, что эти конфликты никогда не перерастали в физическое, силовое противостояние, насилие. Это является нашей особенностью по сравнению с другими регионами, где, к сожалению, радикально настроенные молодые люди не всегда ограничиваются просто дискуссиями или несогласием со старшим поколением в его понимании ислама.

– И, тем не менее, как вы собираетесь взаимодействовать с этими людьми? Вы будете их активно направлять, пытаться вытянуть из этой организации?

– С нуля начинать не придется: мы работали над этим и раньше, издавали соответствующую литературу, объясняющую ошибки данного движения, в СМИ, на ТВ, на радио, в своем печатном органе мы объясняли ошибочность подобного движения, расхождения с нормами шариата. И мы неоднократно обращались к властям Украины с предложением запретить деятельность данной партии на территории Украины и Крыма. Эта партия запрещена по российскому законодательству, и у нас на данный момент позиция следующая: все те споры, конфликты, которые у нас были, то недовольство, претензии, которые были у мусульман, большей частью, молодых, к ДУМ Крыма из-за партии Хизб ут-Тахрир, мы оставляем в прошлом. И предлагаем начать с нового листа, с приходом нового законодательства, новых ограничений. И после этого изменения законодательства, если кто-то будет дальше проявлять какую-то деятельность в этом ключе, он попадает под определенные санкции и уже сам будет отвечать за свои поступки.

Сейчас, с приходом новых законов, было бы неправильно собирать и сажать людей в тюрьму за прошлое или применять к ним какие-то санкции. Нужно дать людям время одуматься. И мы сейчас замечаем, что голосов представителей этой партии в Крыму практически не слышно. То есть само наличие запрета имеет действие: люди уже боятся, и свои радикальные призывы, возгласы не проявляют.

Мы общаемся и с правоохранительными структурами, пытаемся консультировать их, чтобы не было накала взаимоотношений. Если сейчас начать сажать людей за то прошлое, когда запрета не было, де-юре, наверное, это будет неправильно – закон обратной силы не имеет. Если сейчас начнутся определенные санкции, это автоматически будет расценено как гонения на мусульман. Поэтому мы призываем государственные, силовые структуры быть осторожными в этом моменте.

– С другой стороны, вы не боитесь того, что киевские власти попытаются использовать какие-то радикальные элементы в Крыму в деструктивной области? Например, Правый сектор в свое время анонсировал создание некоего батальона Крым, который будет состоять из крымских татар и воевать на юго-востоке Украины, а потом плавно переместится на полуостров. Насколько такие угрозы реальны и имеют ли место такие настроения среди крымских татар?

– Я не встречался с подобными настроениями среди крымских татар – по крайней мере, среди тех людей, с которыми я общаюсь. Я не считаю себя компетентным комментировать какие-то политические выпады. Если посмотреть на это с религиозной точки зрения, я не считаю вероятным использование адептов тех или иных радикальных сект или партий в данном контексте.

– Почему?

– Потому что они вообще отрицают светский строй как таковой. Например, та же партия Хизб ут-Тахрир считает режимом куфра все, что связано с демократией и все современные строи, поэтому они сражаться там не будут. Сражаться за демократические государства или за какую-либо из сторон противоречит их идеологическим убеждениям.

– Вернемся к духовному управлению мусульман Крыма. Сколько у него сейчас общин, какую часть крымско-татарского мусульманского сообщества оно охватывает?

100-процентно.

– Какая модель самоорганизации духовного управления вам наиболее близка? К примеру, в России есть централизованные муфтияты, СМР, ЦДУМ, региональные организации. Например, муфтият Татарстана полностью автономен, но самоуправляем и охватывает всю территорию Татарстана.

– На данный момент, если говорить о существующей модели, мы, наверное, наиболее близки к модели Татарстана. Как будет дальше, мне спрогнозировать тяжело, но данная модель утверждена Курултаем мусульман Крыма. Независимый статус и избрание мусульманами Крыма себе духовного лидера – это основы, утвержденные еще в 90-х годах, и поэтому данное решение также остается за Курултаем мусульман Крыма. Как мусульмане решат, так и будет. Но на данный момент, повторюсь, формат и был, и есть ближе к такому: один муфтият в одном регионе.

– Как писали СМИ, во время Рамадана ваши турецкие партнеры, имамы не смогли получить аккредитацию. Такая проблема на данный момент существует?

– Существует. Мы не смогли их зарегистрировать. Точнее, не нашелся формат их регистрации на территории Крыма. В принципе, они легализуют свое нахождение на территории Крыма посредством регистрации в миграционной службе, в других госорганах. Этот формат не нашелся на данный момент, и около 16 преподавателей из Турции вынуждены были выехать. А для нас важно их нахождение в Крыму, они нам помогают, на протяжении 15 лет содействовали и содействуют в религиозном просвещении, в традиционном понимании ислама, который соответствует нашей традиционной практике.

То, что у нас в регионе не было проявлений терроризма или насилия на религиозной почве – большая заслуга этих учителей из Турции. Они вместе с нами обучали людей исламу, который соответствует нашему пониманию, не противоречит современным тенденциям и далек от радикальных идей. У нас нет выпускников турецких высших религиозных учебных заведений, которые вошли бы в какое-то радикальное течение. Я не знаю таких. Но очень много выпускников мусульманских вузов других стран, которые в дальнейшем исповедуют радикальные мысли.

– То есть турков у вас не осталось?

– Из 20 учителей осталось только пять. Мы обратились в ФМС, к властям Крыма для оказания содействия в их регистрации.

– А чего вы ждете от воссоединения российского мусульманского сообщества с крымчанами? Вы ощутили себя более значимым фактором в российском пространстве, частью большой мусульманской общины?

–На Украине мы были самым крупным духовным управлением, и когда говорилось мусульмане Украины, сразу подразумевалось, мусульмане Крыма и ДУМ Крыма. У нас самая широкая сеть религиозных общин – 350, кроме того, мусульмане в Крыму живут компактно, и, третье, мы являемся коренным населением Украины, на тот момент. А в России реалии изменились – более того, мы столкнулись с новыми вызовами. Мы здесь вынуждены не потеряться среди 20-миллионной российской уммы и занять свое достойное положение. И это, конечно, ставит перед нами новые задачи.

Telegram Вести.UZ Подписывайтесь на канал Вести.UZ в Telegram

Мы используем cookie-файлы для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая использовать этот сайт, вы соглашаетесь с использованием cookie-файлов.
Принять
Политика конфиденциальности