16+
22 Сентября 13:21
Как отнимают квартиры

В Ташкенте процветает новая «мода». У честных граждан незаконно отнимают квартиры и передают ключи милиционерам и чиновникам.  И все шито  крыто!

Судья при Ассоциации третейских судов Узбекистана Азамат Хатамов встретился с потерпевшими, чья недвижимость была конфискована по статье 131 УК РУз («Сводничество или содержание притонов»). Квартира в данном случае рассматривалась как орудие преступления. Ни одного из владельцев не уведомили о том, что их жилье фигурирует в уголовном процессе и попадает под судебный запрет. Явившиеся на консультацию — далеко не единственные арендодатели, потерявшие таким образом свое имущество.

Рассказывает Владимир Арьков:

«Летом 2015 года мы сдали квартиру Абралову Б., он не является ни нашим родственником, ни знакомым, нашел нас по объявлению. В августе 2015 года он вернул нам ключи, сказал, что не будет больше снимать у нас жилье, больше мы его не видели.

Нашли других жильцов, сдали им квартиру до конца года. В январе 2016 года заключили договор аренды с новыми квартирантами. В апреле 2016-го моя супруга пошла в БТИ, чтобы взять справку о том, что на квартире нет судебного запрета. Там ей сказали, что на квартире запрет. В этот же день в суде ей выдали решение, где написано, что в августе 2015 года Абралов организовал в нашей квартире притон разврата, и квартира была конфискована в пользу хокимията.

Мы наняли адвоката, но это не принесло успеха. Пока ходили по судам, познакомились с такими же пострадавшими, как мы, и стали действовать вместе. Ходили и писали во все инстанции, в ответ везде отказ.

В апреле этого года меня вызвали в РОВД Яккасарайского района и показали решение хокима о том, что теперь в нашей квартире будет жить сотрудник хокимията, и я должен что-то подписать и отдать ключи, иначе им придется ломать замки».

В августе 2015 Яккасарайский районный суд наказал Б. Абралова административным штрафом за организацию притона разврата. О конфискации квартиры, в которой было совершено преступление, речи не шло. В декабре 2015 года после протеста прокурора городской суд вынес решение о конфискации. Оба суда проходили без участия владельца  квартиры, никакого уведомления или повестки собственник жилья не получал. Фамилия владельца квартиры в судебных решениях не упоминается.

В остальных случаях сценарий был аналогичным. В квартире, арендованной физическим лицом, правоохранительные органы находили притон разврата. Уголовный суд привлекал нарушителя к административной ответственности (штрафу) по статье 131 УК РУз. Через несколько месяцев по протесту прокуратуры дело пересматривалось апелляционным судом, и квартира изымалась как орудие преступления без ведома владельца. В одном из случаев собственник недвижимости даже не был в курсе, что квартира сдается, так как находился за рубежом, а съемщиков в жилье пустил его отец. Еще одна участница встречи отметила, что судоисполнителя интересовал только вопрос, сколько еще квартир имеется у потерпевшей и в каких районах они расположены.

«Почему преступник отделывается в этой ситуации штрафом, а собственник жилья, который не имеет отношения к совершенному преступлению и даже не фигурирует в деле, теряет квартиру?» — задаются вопросом потерпевшие.

Прочитаем пункт 2 постановления президента «О дополнительных мерах по обеспечению инспекторов по профилактике опорных пунктов органов внутренних дел служебным жильем», в соответствии с которым жилищный фонд для этих целей формируется в том числе за счет «…обращенных в доход государства квартир». Вот где зарыта собака! То есть, скажем, участковый сам должен «соорудить» себе крышу над головой. Сначала пустить туда притон, потом разоблачить и получить заветные ключи вместе с звездами на погоны. Отлично придумано!!!

Рассказывает Шухрат Сабиров:

«Мы предоставили нашу квартиру знакомому — работнику милиции с семьей, пожить на один месяц. После этого он срочно уехал, а ключи от квартиры передал через своего водителя. Спустя девять месяцев мы узнали, что квартира конфискована как орудие преступления — создания притона разврата. О том, что идет процесс, нам никто не сообщил. Все обращения в суды остались без результата. Обвиняемого в преступлении мы никогда не видели и не знаем.  Как он оказался в нашей квартире, тоже неизвестно, а следствию это и неинтересно.

И хотя конфискация квартиры проводилась как орудие создания притона разврата, никто в деле не проходил в качестве лица, оказывающего интимные услуги за вознаграждение. А как можно говорить о притоне разврата без, собственно, разврата?

Согласно ст. 479 УПК РУз, о протесте в кассационную инстанцию должны оповестить тех лиц, чьи интересы затрагивает данный протест.

Цитата: «О поступлении апелляционной, кассационной жалобы, апелляционного, кассационного или надзорного протеста суд извещает участников процесса, интересов которых касается жалоба или протест».

Иными словами, в отъеме жилья напрямую принимают участие прокуратуры и суд, точно зная, что нарушают закон!

Из-за отсутствия оповещения мы были лишены возможности законной защиты и вообще участия в деле.

Это можно увидеть и в материалах уголовного дела.  Протокол осмотра проводился без нас, нас никто не допрашивал. В показаниях обвиняемого подчеркивается, что хозяина квартиры он не знает. В приговоре суда первой инстанции и определении кассационной инстанции городского суда ничего не говорится про владельца квартиры, будто его не существует. Я считаю, наши права были нарушены. Нас должны были признать гражданскими истцами.

Процессуальные нарушения в определении кассационной инстанции по закону является основанием для отмены данного определения.

Так, ст. 502 УПК РУз указывает на порядок приготовления дела для рассмотрения в кассационной  инстанции.  А именно, о месте и времени судебного заседания должны уведомить в надлежащем порядке, чего сделано не было.

Обеспечение участия защитника в судебном процессе кассационной инстанции подчеркивается во многих статья УПК РУз. В частности:

— в ст. 25: «В судебном заседании суда первой инстанции, а также при рассмотрении дел вышестоящими судами производство осуществляется на основе состязательности сторон»;

— в ст. 51 ч. 1 п. 6: «Участие защитника является обязательным по делам… в которых участвует государственный или общественный обвинитель».

По закону каждому гражданину должны дать возможность защиты своих интересов. То, что происходит на практике, противоречит сути и смыслу указа президента «О защите частной собственности и гарантиях прав собственников».

Владелец квартиры — моя мать, пенсионерка 72 лет».

Понятие «орудие преступления» было введено в УПК РУз только 25 апреля 2016 года. В соответствии с введенной поправкой имущество может быть признано орудием преступления или вещественным доказательством, и на такое имущество может налагаться арест. Однако квартиры были изъяты раньше, чем вступила в силу данная поправка. Ужесточения статьи применялись к праводеяниям, совершенным до внесения поправок, то есть задним числом. И таких кейсов — десятки. Все это красноречиво говорит о том, что защита частной собственности не работает должным образом.

Рассказывает Акмаль Шамшиев:

«Сдавал два офиса в аренду организациям: учебному центру,  туристической фирме и адвокатской конторе. Всегда исправно платил налоги. Оказалось, еще в 2016 году квартиры были оформлены как бесхозные и переведены на баланс хокимията. Конфисковали как орудие преступления по статье 131, нашли там притон. Со мной никто не связывался, никто не поставил меня в известность. Об этом я узнал недавно, когда ко мне пришли забрать ключи. При этом в начале 2017 года я получал справку в Главном управлении архитектуры и строительства города Ташкента о том, что квартира принадлежит мне. Говорил об этом судоисполнителям и участковым, мне ответили, что я в деле никто, главное — решение суда. Конфискация в пользу государства была осуществлена по протесту городского прокурора. В тот же день было рассмотрено 15 таких же дел, за несколько минут было принято решение о конфискации».

У Елены и Раисы Бессмертных было конфисковано три квартиры:

«У нашей семьи под статью притоносодержания оформили три квартиры. Ключи от двух квартир находились в распоряжении маклеров, занимавшихся продажей. Пользуясь доверием и болезнью хозяйки, они сдали квартиры посуточно. О том, что в отношении маклеров было заведено уголовное дело по ст. 131 УК РУз, хозяева узнали спустя 10 месяцев, получив извещение суда.

Третья квартира  сдавалась официально в посуточную аренду согласно свидетельству о госрегистрации на право предоставления гостиничных услуг, оформленному на семейное предприятие. Арендаторша (как оказалось, подставная), приехала посмотреть квартиру, якобы  гостя, прилетевшего из России. На встречу они приехали вдвоем, все устроило, сказали, что арендуют квартиру на сутки и передали свои документы нашему сотруднику для оформления. Оставив гостей в квартире, сотрудник направился с документами в офис, но на выходе из подъезда его задержали сотрудники милиции. Сосед, ставший очевидцем задержания нашего сотрудника, сообщил о случившемся.

Взяв разрешительные документы, мы отправились на место, где уже вовсю орудовали оперативные работники. На наших глазах они скомкали постельное белье, разбросали по полу полотенца и надорванный пакетик презерватива. Один из оперов стал орать, что нашу лицензию и другие документы он порвет и прежде чем открывать гостиницу, нужно было у него разрешение спрашивать и с ним договариваться. Арендаторы заявили,  что они сняли квартиру для вступления в половые отношения, и на основании их слов нашего сотрудника обвинили в притоносодержании, несмотря на то, что в ст. 5 закона «О государственном контроле деятельности хозяйствующих субъектов», говорится, что «…все неустранимые противоречия и неясности законодательства… толкуются в пользу субъекта предпринимательской деятельности».

Был суд, обвинение в притоносодержании и решение суда об изъятии собственности доход государства».

Как сопротивляться этому произволу?

На встрече в Ассоциации третейских судов прозвучали несколько советов:

— Что делать человеку, который оказался в такой ситуации и лишился жилья?

— В соответствии с постановлением Пленума Верховного суда РУз от 16 апреля 1993 года «О применении законодательства при рассмотрении судами дел об освобождении имущества от ареста (исключении из описи)», собственник имеет право обратиться в гражданский суд по месту жительства с иском об исключении недвижимого имущества из описи уголовного дела (в качестве вещественного доказательства или орудия преступления). После рассмотрения можно вернуть себе право собственности. Для этого должно быть обоснование — нужно доказать, что сговора не было, что по данному делу собственник не имеет никакого отношения к преступлению и выступает только как арендодатель.

Как это доказать? Должно быть следствие. Нужно собрать как можно больше улик, фактов, показаний — гражданский суд все это учтет. Можно использовать три вида доказательств: документы (договор аренды), заключение эксперта, свидетельские показания (отзывы соседей о том, что владелец квартиры — порядочный человек, положительная характеристика из махалли). В случае, когда хозяин жилья находился за пределами страны, этот факт тоже сыграет на пользу делу. Также нужно поднять вопрос о том, что поправка была применена задним числом (в случае, если кейс действительно был перенесен).

Срока давности у такого иска нет, его можно подать в любой момент, но желательно это сделать после того, как имущество переведут на баланс хокимията. Передавать квартиры будут малоимущим семьям, военным, участковым.

— Разве это правомерно — изымать квартиру без ведома владельца?

— По уголовному законодательству присутствие основного правонарушителя достаточно для вынесения приговора. Показания задержанного являются достаточным основанием для суда. В гражданском же суде обязательно присутствие всех сторон, выслушают всех: и владельца квартиры, и правонарушителя, и свидетелей.

В зарубежных странах, в том числе в США, законодательство о недвижимости более развито. Там есть такое понятие, как Real Estate Law — отдельные законы, регулирующие все вопросы, касающиеся недвижимости. Это не то, что наш кадастр. У нас недостаточно сформирована защита прав собственности. Нам следовало бы разделить апелляционный и кассационный суды, в этом случае система будет работать лучше, и такие случаи не будут повторяться.

— Можно ли как-то обезопасить себя?

— Гипотетически каждый человек может оказаться в такой ситуации и лишиться собственности. Да, это несправедливо, но нужно понимать, что нашему государству всего лишь 25 лет, и становление и совершенствование законодательной системы требует времени.

В настоящее время в рамках реализации Стратегии действий по пяти приоритетным направлениям развития Республики Узбекистан в 2017 — 2021 годах разрабатывается проект закона, направленного на укрепление гарантий права частной собственности граждан. Документ предусматривает запретить конфискацию и изъятие (за исключением временного изъятия) имущества в случае отсутствия вины собственника в использовании данного имущества в качестве орудия преступления либо предмета уголовного и административного правонарушения. Проект закона должен был быть рассмотрен Кабинетом министров в июне. Пока что остается только надеяться, что поправка вступит в силу.  И сломает, наконец, эту систему произвола и грабежа

Источник