16+
20 Июня 11:09
Не хотят  быть «пешками»  

Узбекистан потрясен арестом бывшего генпрокурора Рашида Кадырова. Что происходит?Мы видим, как за решетку отправляются генералы СНБ и МВД, еще вчера сверкавшие золотыми погонами. Звучат астрономические суммы наворованных денег, приводятся списки заграничных вилл, самолетов, автомашин  недавних «правителей». И практически каждый день идут сообщения о выпущенных на свободу журналистах, правозащитниках, депутатах, оставивших в тюрьмах лучшие годы.

Мне кажется, что народ, общество не может до конца поверить, что настал конец глухим годам беззакония, самодурства, откровенного наплевательства на простого человека, его мнение. Неужели мы дожили до рассвета?!

Знаю, некоторые «аналитики» убеждены, что, дескать, Шавкат Мирзиеев  просто чистит каримовские кадры, чтобы поставить у штурвала свою команду. Я в это не верю. На мой взгляд, президент верно понял главный запрос общества-на восстановление справедливости, люди устали жить по «устным указаниям», они хотят, чтобы все было «по закону». Без этого не двинуться вперед бизнесу, не вырваться из лабиринтов бюрократизма, не построить современное общество, не открыть дорогу молодежи.

Жёсткие решения президента убедительно говорят о бескомпромиссности его позиции, о нетерпимости к любым нарушениям правопорядка. Такое ощущение, что наш лидер решил биться до конца, «не на жизнь, а на смерть», не страшась мести, саботажа, вплоть до контрреволюции, не побоюсь этого слова.

Мы сейчас удивляемся, как такое могло произойти в нашей республике, гордо заявлявшей о себе как «образце подлинной демократии»? Почему во главе ведомств, от которых зависят законность и безопасность в государстве, оказались люди с двойным дном? Как и почему, даже мелкие чиновники, клерки порой ломали судьбы людей?

Примеров тому – тысячи, на каждый случай.

Так, в середине нулевых годов меня, депутата Ташоблсовета, работники СНБ при не пропустили на сессию из-за отсутствия «пригласительного билета». Не на специальное собрание или заседание, а на сессию!

Мне с детства запомнились стихи С.Я Маршака «Моссовет в Москве хозяин». Поэт констатировал факт, что не ЦК, не правительство, ни уж, тем более – милиция или другие надзорные органы, а Моссовет, как коллегиальный орган руководства городом, является его «хозяином».  А депутата не допустили на заседание, намекнув, что президенту страны неприятно будет видеть меня в зале.

Впрочем, о чем говорить, если даже в депутаты можно было «пролезть» только при «одобрении» функционеров, сидящих в аппарате президента. За 10 лет меня без каких-либо оснований дважды вычеркивали из списков предполагаемых кандидатов в депутаты Олий Мажлиса – в первый раз выдвинутому коллективом киностудии «Узбекфильм», а во второй – пленумом Центрального Совета НДПУ. Потому что был неугоден высокому начальству. Ни о каких правах избирателей говорить не приходится, если все кандидатуры были согласованы заранее, а для видимости проводились показные игры с волеизъявлением народа.

В 2006 году у меня скончалась матушка, на что редакция газеты «Ташкентская правда» решила опубликовать стандартное объявление, где выражалось соболезнование бывшему главному редактору А.М.Ходжаеву. Ан нет, «наверху» запретили эту невинную публикацию, будто я «враг народа».

Я знаю, сейчас все приемные буквально завалены мешками писем, в которых люди просят восстановить справедливость. У кого отняли квартиру, у другого сына ни за что отправили на нары, третий остался без работы, у четвертого «отжали» бизнес. Люди верят, люди надеются, что пришло время правды, они больше не хотят быть бессловесными «пешками». И в этом сила Шавката Мирзиеева.

В жестокой схватке с темным прошлым его поддерживает, пусть звучит пафосно,  весь народ. Убеждён, если потребуется, сотни тысяч, миллионы встанут на защиту Президента. И это самая крепкая гарантия нашего движения вперёд, к прогрессу.

А.Ходжаев

Не хотят  быть «пешками»  

  1. Тухум Майский:

    Мы отказались от советского прошлого, нас погнали в великое будущее, а завели в тёмное прошлое. Остаётся надеется, что мы уже достигли дна и, теперь, у нас только одно направление — движение вверх )))).

  2. Игорь Владимирович:

    Не скажите. где можно прочитать статьи автора «Не хотят быть пешками» А.Ходжаева, которые он писал лет пять назад?

    1. Ташкентец:

      Да. Действительно хотелось бы почитать как он «пел» 5 лет назад

  3. Борис:

    Ну что еще сказать о стране с великим будущим? Кому и чему верить?

  4. Виктор:

    А иначе и нельзя — либо вперед и вверх, сбросив с шеи всю окаменевшую чиновно-мафиозную мерзость, либо на дно. И достаточно посмотреть на особняки «скромных слуг народа», на марки их автомобилей, на их свадьбы, на их заказы при посещениях ресторанов (кстати, небезынтересно посмотреть кто, какие рестораны и сколько раз в месяц посещает)», чтобы понять чем они занимались десятки лет. Старая формула «Все крупные современные состояния нажиты бесчестным путем» не потеряла актуальности.

  5. Вадим:

    Хорошая статья .Просьба к редакторам не допускайте ошибок в тексте при печати в Фамилии президента .

  6. Roman:

    «…От заката, до рассвета…» — для каждого поколения и социального слоя есть свой «закат» и свой «рассвет». Посмотрим для какого поколения и социального слоя теперь наступит свой «рассвет».

  7. raim:

    темных сил не так просто стиснуть в угол. они уже во всех сферах жизни и тихо ждут своей очереди. они не боятся уже законов, суда. народ по их представлениям это стадо овец. а Президент знает, что государство без народа это кормушка кучки бессовестных жадин.

  8. Алексей:

    Было выражение -годы равные векам. Не побоюсь сказать- первый год правления Шавката Мирамоновича уже равен векам!!! Дай бог ему здоровья и сил для служения своему народу и нашему Государству и впредь!!! Бог есть и он нам послал этого справедливого человека. Человек уже записал себя в историю Узбекистана своими великими делами, которые на много облегчели жизнь народа. У народа появилось уверенность в завтрашнем дне!!! Спасибо Вам!!!

  9. manageruser:

    Ало Ходжаев – твёрдый знак отличия узбекской общественности

    Его принципиальность и порядочность до сих пор пугает власть имущих. От него пытались избавиться, сломать, запугать, предать забвению. Ему изменили даже имя — советская паспортистка, выдававшая ему паспорт, отказалась вписывать «твёрдый знак» в его «Аъло», означающее «отлично». Он выстоял и остался собой. Несмотря ни на что, он продолжает оставаться одним из самых авторитетных узбекских граждан и почётным гостем любого общественного события.

    Ало (Аъло) Максумович Ходжаев – родился в Ташкенте в 1940 г., по образованию — филолог, кандидат философских наук. Свою карьеру начал с комсомола – секретарь комсомольской ячейки на факультете, секретарь Куйбышевского райкома комсомола, секретарь Ташкентского областного и ЦК Комсомола Узбекистана, ответсекретарь ЦК ВЛКСМ (Москва) по Украине и Молдавии. Десять лет, начиная с 1974, проработал секретарём Ташкентского обкома Партии. Затем девять лет, начиная с 1987 г., — генеральным директором «Узбекфильма». С мая 1996 г. — главный редактор газеты «Ташкентская правда», затем редактор FM-радиостанции «Гранд», позже — редактор веб-сайта «Tribune-uz». Поэт, журналист, философ, общественный деятель, почётный член ряда национальных и международных общественных структур.

    Журналист со школьной скамьи

    Если Дарвина и Ньютона исключали со школы за неуспеваемость и плохое поведение, то будущую знаковую фигуру узбекской журналистики Ало Ходжаева не принимали в комсомол, а затем и вовсе исключили со средней школы за…несанкционированное издание школьного рукописного журнала «Звонок». Спустя полвека, эта история повторится один в один с поправкой на достижения научно-технического прогресса – в 2005-2006 гг., власти предпримут к А.Ходжаеву известные меры за издаваемую им Интернет-газету «Трибуна-уз».

    Исключённый со школы, он всё-таки окончил Ташкентскую очно-заочную школу и поступил на филологический факультет Среднеазиатского Государственного Университета (ныне ТашГУ), где вновь стал издавать рукописный журнал «Перо и мысли». Литературно-общественная инициатива такого рода вполне укладывалась в рамки процесса подготовки будущих филологов и даже сыграла свою позитивную роль – Ходжаев был зачислен в ряды комсомольской организации и вскоре был избран секретарём комсомольской организации факультета и председателем Товарищеского суда.

    Линия судьбы

    Это означало прямой трамплин в партийные органы, но принципиальный молодой человек, возмущённый циничной широкомасштабной кампанией против Дудинцева и Пастернака, публично выступил в их поддержку, и ему отказали. Когда страсти поутихли, партийные head hunter’ы всё-таки сделали его членом КПСС, и у Ходжаева начался стремительный карьерный рост, но главное – теперь у него появилась реальная возможность поддерживать,
    Если Дарвина и Ньютона исключали со школы за неуспеваемость и плохое поведение, то будущую знаковую фигуру узбекской журналистики Ало Ходжаева не принимали в комсомол, а затем и вовсе исключили со средней школы за…несанкционированное издание школьного рукописного журнала «Звонок». Спустя полвека, эта история повторится один в один с поправкой на достижения научно-технического прогресса – в 2005-2006 гг., власти предпримут к А.Ходжаеву известные меры за издаваемую им Интернет-газету «Трибуна-уз».

    Исключённый со школы, он всё-таки окончил Ташкентскую очно-заочную школу и поступил на филологический факультет Среднеазиатского Государственного Университета (ныне ТашГУ), где вновь стал издавать рукописный журнал «Перо и мысли». Литературно-общественная инициатива такого рода вполне укладывалась в рамки процесса подготовки будущих филологов и даже сыграла свою позитивную роль – Ходжаев был зачислен в ряды комсомольской организации и вскоре был избран секретарём комсомольской организации факультета и председателем Товарищеского суда.

    Линия судьбы

    Это означало прямой трамплин в партийные органы, но принципиальный молодой человек, возмущённый циничной широкомасштабной кампанией против Дудинцева и Пастернака, публично выступил в их поддержку, и ему отказали. Когда страсти поутихли, партийные head hunter’ы всё-таки сделали его членом КПСС, и у Ходжаева начался стремительный карьерный рост, но главное – теперь у него появилась реальная возможность поддерживать, где это возможно, талантливые инициативы узбекской нации и сдерживать слепой каток идеологической машины.

    Так появляется вокально-инструментальный ансамбль «Ялла», который обязан А.Ходжаеву даже текстами первых песен. Так получили поддержку художник Рузы Чарыев, композиторы Энмарк Салихов и Евгений Ширяев, поэт Абдулла Арипов – автор государственного гимна Узбекистана, находящийся в гонениях в то время, и многие другие.

    Возглавляя Обком партии, Ходжаев ведает широким спектром вопросов – от культуры до международных связей. Интеллектуальная прослойка Советского Союза сразу же замечает обаятельного и прогрессивно мыслящего Ало из «солнечного Узбекистана». Ходжаев приобретает завидную популярность, о нём высоко отзываются многие известные советские деятели культуры, светила и даже космонавты. Известно, что не найдя Ходжаева в составе встречающей его делегации в Ташкентском аэропорту, известный поэт Расул Гамзатов нахмурился и сказал: «Имейте в виду – для меня Узбекистан делится на 2 половины – одна, это мой друг Ало, вторая – все остальные».

    По ходу своей работы, Ходжаев отстаивает у ЦК несправедливо уволенных и даже грозит коррупционными разоблачениями. Такая принципиальность вкупе с популярностью раздражает элиту, которая сначала втихую, а потом и открыто, под разными предлогами, запрещает исполнять его стихи и песни. Постепенно, Ходжаев превращается в «белую ворону», от которой пытаются избавиться и даже отправляют в неспокойный Афганистан, за время пребывания в котором он не только не раскисает, но и успевает провести несколько первых общественных форумов и женских съездов!

    В 1984 году, под предлогом отсутствия у Ходжаева учёной степени, его освобождают от должности секретаря обкома партии и отправляют на учёбу в аспирантуру Академии Общественных наук в Москве. Тогда, работая над диссертацией о философских аспектах международного культурного обмена, Ходжаев ставит под сомнение правильность трактовки ленинской концепции о «партийности литературы». На волне перестройки и «нового мышления» ему удаётся отстоять свои взгляды, и эта критическая ревизия доселе незыблемых постулатов становится первым прорывом в пересмотре отношения к ленинскому теоретическому наследию в официальной партийной науке.

    С Москвы Ходжаев возвращается в период разгула «узбекского дела». Академическая профессура ещё помнит, какой публичный разгон он ей устроил во время обсуждения смелого перестроечного фильма «Покаяние» (реж. Абуладзе), устроенного специально, чтобы в очередной раз осудить Узбекистан. Зачем нужна дорога, если она не ведёт к храму, к справедливости, к мудрости? — вопрошал тогда Ходжаев у оппонентов фильма, поспешивших присоединиться к огульной критике. Преподаватели опускали глаза.

    Партийная система более не могла позволить иметь при себе такого смутьяна и Ходжаеву предложили переехать на работу в Бухарскую область. Он отказался. Тогда его направляют на национальную киностудию (ещё малобюджетную) – всё же лучше, чем держать в партийном аппарате. В мае 96-го, проработав на «Узбекфильме» 10 лет, в интересах самой киностудии и её сотрудников, Ходжаев подаёт в отставку и соглашается на должность редактора областной газеты «Ташкентская правда».

    12 дней, которые потрясли цензуру.

    Фактически, будущая «Трибуна-уз» родится уже тогда – в 1996-м, Ходжаев откроет в газете отдельную рубрику «Трибуна редактора», в которой, используя «эзопов язык» и умело ссылаясь на Президента страны, будет затрагивать в своих статьях злободневные вопросы внутренней и внешней политики Узбекистана. Ежедневно, он будет сталкиваться с цензурой, против которой начнёт бороться всеми доступными методами – вновь и вновь поднимать вопрос о её незаконности, неэффективности и невежественности и даже угрожать сорвать выпуск номера в случае запрета на какой-то значимый материал.

    Бесполезно. Казалось, что цензура непоколебима. Но вот, в конце апреля 2002 года, по инициативе немецкого Фонда Конрада Аденауэра в Ташкенте состоялась конференция о роли политических партий в реформировании узбекского Парламента (Олий Мажлиса). По окончании докладов, Ходжаев просит слова. В присутствии политиков Евросоюза и Узбекистана, он говорит о том, что сейчас очень рискует, но считает, что терпеть более не только невозможно, но уже преступно и задаёт риторический вопрос – о каких демократических преобразованиях может идти речь, если в стране до сих пор не ликвидирована цензура? Аудитория опешила, представители Узбекистана пытаются отшутиться – мол, данное публичное заявление как раз таки и доказывает свободу слова в стране, представители Евросоюза переглядываются и делают заметки в своих бумагах.

    Сразу же вслед за этим выступлением Ходжаева, в День свободы слова наиболее смелые и прогрессивные журналисты страны впервые публично и коллективно обратились к Исламу Каримову по поводу необходимости отмены института цензуры. Официальных комментариев не следует. Спустя неделю, Ало Ходжаев снова обращается к Евросоюзу – на этот раз, пользуясь прибытием Канцлера ФРГ в Узбекистан, он просит его поднять вопрос цензуры во время встречи с Президентом Узбекистана. Через 2 дня после этой встречи, 12 мая 2002 года, допечатная цензура была отменена.

    В опале

    Власти решают зудящую проблему «Ало Ходжаев» – они объединяют редакции двух газет «Ташкентскую правду» и «Тошкент хакикати» (это же издание на узбекском языке), а одного из двух редакторов сокращают. Это был Ходжаев.

    Журналистская братия помогает Ало Максумовичу устроиться на FM-радиостанцию «Гранд», где он инициирует несколько образовательных и социально-значимых проектов. Однако в мае 2004 г., учредитель радиостанции получает предупреждение от соответствующих органов и вынужденно отказывается от услуг журналиста.

    После ухода с радио, будучи абсолютно лишённый возможности выступать в узбекистанской прессе, Ходжаев создаёт собственную Интернет-газету «Tribune-uz», где пытается освещать и анализировать процессы, происходящие в Узбекистане. Сайт стремительно набирает популярность. Власти нервничают и блокируют сайт. На пресс-конференции 14 мая 2005 года, Каримов обвиняет Ходжаева в преклонении перед Западом. Далее следуют угрозы по телефону, отказ в выдаче разрешения на выезд, преследования отдельных членов семьи и «случайный» автомобильный наезд на супругу. В июле 2006 года, Ходжаев вынужденно приостанавливает работу сайта и своё участие в общественной деятельности. Операцию по устранению Ходжаева завершает насмешливая статья прогосударственного ИА «Press-uz»
    о том, что приостановка «Трибуны», наверняка, связана с окончанием очередного гранта.

    Несмотря на закрытие своей «Трибуны», Ходжаев продолжает оставаться в изоляции – его попытки получить разрешение на выезд до сих пор остаются без ответа, его анонимно выводят из состава правления нескольких общественных организаций, несмотря на то, что он лично участвовал в создании некоторых из них (Фонд «Соглом авлод учун», Общество «Узбекистан-Польша»). Опасаясь неудобных вопросов, его, депутата Ташкентского областного депутата (!) не допускают на сессию в день выступления Президента, а газете «Ташкентская правда» запрещают опубликовывать соболезнования (!) в связи со смертью его матери.

    Символ узбекской общественности

    Несмотря на меры по забвению, для своих коллег, общественности и международного сообщества, Ходжаев по-прежнему остаётся символом узбекской интеллигенции, авторитетным журналистом и национальным маяком чести и совести. Мало кто предполагает, что через несколько лет этому энергичному, галантнейшему, полному жизненного задора человеку предстоит отмечать свой 70-летний юбилей. Люди смотрят в корень, они видят в Ходжаеве ту культуру, разум и честь, что всегда будет стоять выше любой политики. За ними они и следуют.

    В подготовке статьи использован материал Дины Яфасовой (Дания), Вольфганга Шрайбера (Германия), личные воспоминания и отзывы коллег и друзей А.Ходжаева.

  10. Гаипов Бахрам:

    Через тернии к звёздам

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*