18+
30 Мая 09:42
Онлайн карта распространения коронавируса
Онлайн карта распространения коронавируса
Музыка застолья

Ровно 180 лет назад появилась на свет знаменитая кулинар Елена Молоховец и полтора века назад впервые вышла ее знаменитая книга. Наша героиня славы при жизни достигла не меньшей, чем Тургенев, Чехов и даже Лев Николаевич Толстой.

Ровно 180 лет назад появилась на свет знаменитая кулинар Елена Молоховец и полтора века назад впервые вышла ее знаменитая книга

Наша героиня славы при жизни достигла не меньшей, чем Тургенев, Чехов и даже Лев Николаевич Толстой. И хотя ее сочинения большой умственной работы не требовали, люди практические листали их с напряженным вниманием.

«21-го мая, исполняется ровно 50 лет со дня появления в свете всем известной книги «Подарок молодым хозяйкам», составленной Е.М. Молоховец. — писала в 1911 году газета «Биржевые ведомости». — Первое издание этой книги вышло 21-го мая 1861 года и с этой поры выдержало 26 изданий по 10 и 15 тысяч экземпляров, в общей сложности до 300 000 экземпляров…»

Далее автор сообщал, что «уголка в России нет и нет, пожалуй, семьи, где бы не было этой книги. И среди хозяек имя Е.М. Молоховец пользуется огромным авторитетом».

…Дочь начальника Архангельской таможни Ивана Бурмана, родившаяся в апреле 1831 года, окончила Смольный институт для благородных девиц.

Вернувшись в родные пенаты, Елена вышла замуж за местного архитектора Франца Молоховца, который был старше ее на 11 лет. Через некоторое время семейство, уже обремененное детьми, переехало в Курск. Там Елена Ивановна и написала свой кулинарный труд. Между прочим, сначала это была домашняя тетрадь, куда она записывала рецепты «кушаний», которыми потчевала своего мужа.

Возможно, что успех вышедшей в 1861 году книги «Подарок молодым хозяйкам» с посвящением бывшей однокурснице оказался неожиданным для самого автора. Ведь поваренные книги выходили в России издавна, например, предтечей Молоховец была Екатерина Авдеева, сестра известного писателя и драматурга Николая Полевого, написавшая «Ручную книгу русской опытной хозяйки», которая многократно переиздавалась до 1877 года. То есть, в книжных лавках она вполне могла соседствовать с томом Молоховец.

Так в чем же заслуга Молоховец? Если в книгах ее предшественников были советы, как приготовить то или иное блюдо, то Елена Ивановна наряду с кулинарными рекомендациями сообщала, как это сделать с наименьшим уроном для семейного бюджета.

Собственно говоря, об этом говорил и подзаголовок «…или Средство к уменьшению расходов в домашнем хозяйстве». Может, поэтому на книгу так набросились читательницы. Издатели повторили тираж, потом делали это снова и снова: до 1917 года книга, уже дополненная, выходила аж 29 раз!

Со временем труд Молоховец вырос до двух томов и вместил более 4500 наставлений. Затем появилась третья книжка с гигиеническими советами и указаниями по уходу за птицей и скотом. Был издан и сокращенный вариант «Подарка…» с блюдами для людей скромного достатка. Выражаясь современным языком, имя Молоховец стало брендом. Ей даже «посвятили» песню: «Бывают такие миги, / Когда не жаль и малых овец… / Об этом сказала в поваренной книге / Елена Молоховец …»

И спустя годы, даже после кончины, ее популярность не поблекла. Уехав за границу, писатель Евгений Замятин констатировал: «В эмиграции — два наиболее ходовых автора: на первом месте Елена Молоховец, на втором — Пушкин».

В 1894 году Елена Ивановна удостоилась похвалы вдовствующей императрицы Марии Федоровны. «Я почувствовала радость от осознания того, что могу быть полезной моим соотечественникам… — не без пафоса писала наша героиня в ответном послании. — Благодаря моей книге, наши русские дамы прекратили смущаться вести своё домашнее хозяйство и показываться у себя на кухне. Помимо этого книга дала мощный толчок к формированию множества групп, способствовавших развитию домашнего хозяйства в нашей стране».

Молоховец куда раньше революционных вождей взвалила на свои хрупкие плечи обустройство России. Ведь ее «лозунги» были всем так близки и, главное, выполнимы.

А рекомендованные Еленой Ивановной кисели, борщи, пирожки, каши всегда желанны и актуальны.

Уместно вспомнить плакат двадцатых годов прошлого века, на котором воспроизведена ленинская фраза: «Любая кухарка способна управлять государством». Молоховец была подходящей кандидатурой… Не она ли, часом, натолкнула Владимира Ильича на эту вовсе не парадоксальную, как казалось многим, мысль? Вождь мирового пролетариата наверняка был знаком с содержанием кулинарного справочника, который просто не мог не находиться в домашней библиотеке Ульяновых в Симбирске.

Елена Ивановна не знала устали: написала учебник французского языка, домашнюю медицинскую энциклопедию, составила список медицинских вопросов для пациентов, вынужденных ограничиться письменной консультацией, если врач живет слишком далеко… Ее не останавливала жесткая критика, ехидство журналистов.

Его образчик — в фельетоне «Наши знакомые», опубликованном в 1884 году: «Молоховец… уверяет, что искусство приготовления пищи на огне ею впервые изобретено и что без руководства ее книгой люди не знали бы, в какое место тыкать ложкой, и проносили бы ее мимо рта. На этом основании расположена видеть… в каждом потребителе, который пообедал не по ее книге и не подавился, — личного себе врага».

Молоховец с головой уходит в религию и мистику — возможно, по причине, обрушившихся на нее несчастий — умирает муж, младший сын попадает в психиатрическую лечебницу. Другой сын — офицер военного флота Константин гибнет на русско-японской войне. Кстати, из десяти ее детей только двое переживут мать.

Работы Молоховец «В защиту православно-русской семьи», «Краткая история домостроительства вселенной», «Монархизм, национализм и православие», «Тайна горя и смут нашего времени и якорь спасения для посягающих на безверие, убийство, самоубийство и крайнюю безнравственность» и прочие, полные многословных рассуждений и тяжеловесных заключений, немало утомляли обывателя, бравшего их в руки.

Однако любопытно, что некоторые ее книжки оказались в библиотеке знаменитого философа Розанова, с которым Елена Ивановна была лично знакома.

Молоховец отваживалась давать советы даже о государственном устройстве.

Например, утверждала, что число министерств должно быть увеличено до 56, объясняла, как ограничить проституцию, а именно: публичные дома должны быть перенесены за город, на каждой стороне света не больше одного. Эти заведения надо оградить стенами, а мужчин допускать к падшим женщинам только с направлением врача.

Было у Елены Ивановны еще одно пристрастие — музыкальное. В молодые годы она написала польку, к сожалению утерянную. И ничего удивительного. Ибо главное сочинение Молоховец напоминает, если хорошенько прислушаться, величественный гимн. Гимн застолью. Тут и воображение требуется, и аппетит.

В 1957 году о ней вдруг вспомнил Арсений Тарковский в стихотворении «Елена Молоховец». Поэта неистово рассердила концовка одного из ее рецептов, ставшим эпиграфом к стихотворению: «…после чего отжимки можно отдать на кухню людям». То есть, прислуге.

Наверняка Молоховец не думала никого оскорблять — просто привычно указала, как сэкономить. Тарковский же обиделся за «людей на кухне» и дал волю злому перу.

Или причина «поэтической обиды» была иной? Может, в груде книг Арсений Александрович случайно отыскал растрепанный от многократных перелистываний том, оказавшийся раздражающе «сытым» для скудного советского времени. Разбудил угасшие впечатления и заодно тоску по гастрономическим изыскам, о которых, не ведая перемен в России, бодро вещала кулинарная оптимистка. От ее «несвоевременных» советов Тарковский и пришел в негодование?

Символично, что Елена Ивановна ушла из жизни в весьма преклонном возрасте — ей шел 89-й год — и почти нищей в послереволюционном Петрограде, когда с прошлым изобилием было окончательно покончено. Сумрачным декабрьским днем 1918 года гроб с ее телом снесли на Волковское лютеранское кладбище, и ни одна газета не удостоила это событие горестными строками…

При Советской власти Молоховец забыли, точнее, замалчивали ее имя — ибо была она совсем неуместна со своим продуктовым изобилием при той-то нехватке.

Но ее имя порой пролетало, как перышко по различным текстам. К примеру, герои книги Льва Кассиля «Кондуит и Швамбрании» Оська и Лелька «устраивали пиры», открыв книгу Молоховец.

В воспоминаниях известного артиста Аркадия Райкина есть фрагмент о короткой встрече за границей в 60-годах прошлого века с человеком по фамилии Молоховец. Когда мужчину спросили, не родственник ли он Елене Молоховец, он с гордостью ответил, что она его бабушка.

Он жадно расспрашивал о жизни в Советском Союзе, потом стал рассказывать о себе, но неожиданно осекся и сказал: «Собственно, мне от вас ничего не нужно. Просто я хотел постоять рядом с теми, кто имеет возможность дышать воздухом родины…»

Возможно, мимолетный знакомый Райкина оказался постаревшим внуком Елены Ивановны Владимиром, служившим на яхте последнего русского монарха. Он удостоился чести быть упомянутым в дневнике Николая II…

Знаменитая книга Молоховец вернулась в Россию вместе с достатком. Торжественно и чинно, как полководец, шагающий по полям былых викторий.

Сегодня «Подарок…» читают снова, но уже не как руководство к действию, а чтобы ощутить ласковый ветерок утраченного домашнего уюта. Можно представить хлопочущую у плиты хозяйку, спешащих на ее веселый зов домочадцев, уловить теплую ароматную волну, услышать звон тарелок, гомон людей, предвкушающих вкусное угощение и милые застольные беседы…

Проворчу напоследок: сегодня домашнему повару и умения особого не требуется. Торопливо сварили, наспех поджарили и тут же, под бормотанье телевизора, умяли. Скучно, дамы и господа. В былые времена все было иначе — почтенная Елена Ивановна Молоховец не даст соврать.

Telegram Вести.UZ Подписывайтесь на канал Вести.UZ в Telegram
Загрузка...