18+
15 Декабря 00:20
Знаменосец русского консерватизма

Михаилу  Каткову в свое время предлагали поставить памятник в Москве  рядом с Александром Пушкиным. Чем же он заслужил такую оценку современников?

В прошлом году, тихо и незаметно, в «узком кругу» историков  отметили 200-летие со дня рождения Михаила Никифоровича Каткова. Но его идеи сегодня озвучивают Михалков, Бабурин, Жириновский, Путин, другие политики и общественные деятели.  Их смысл — противостоять левому и правому экстремизму, радикализму.

Катков родился в Москве, как в ноябре 1818 года, рос без рано умершего отца, в  1838 г. он с отличием окончил словесное отделение философского факультета Московского университета. Инспектор П.Б. Нахимов говорил студентам: «Что болтаетесь, подите послушайте, как Катков отвечает».

Во время учебы он примкнул к кружку Н.В. Станкевича, сблизился с М.А. Бакуниным и В.Г. Белинским. Молодой Катков сотрудничал в изданиях либерального толка – «Московском наблюдателе» и «Отечественных записках». В конце 1840 года он уехал в Берлин, где слушал лекции Шеллинга (и даже был вхож в его дом), и вернулся другим человеком.

В 1845 году Катков защитил диссертацию «Об элементах и формах славяно-русского языка», стал редактором университетской газеты «Московские ведомости», а в 1856 г. сменил эту должность на редакторство в журнале «Русский вестник», который был создан им и П.М. Леонтьевым. Одним из первых журнал выдвинул широкую программу преобразований, выступая за отмену крепостного права, развитие местного самоуправления, реформу суда, за расширение прав печати и отмену предварительной цензуры.

Катков приветствовал широкие реформы Александра Второго «Освободителя». Он решительно порвал с друзьями молодости и обрушился  с критикой на журнал «Современник», открыто выступил против А.И. Герцена и его «Колокола». Именно он вводит в обиход термин «нигилизм» как обозначение позиции жесткого отрицания, проповеди разрушения ради разрушения, высмеивания  всего, что дорого каждому образованному и культурному человеку, отсутствия положительных взглядов у адептов «теорий, создаваемых из ничего», — Чернышевского и других «шестидесятников».

В 1863 он вместе с П.М. Леонтьевым получает в аренду «Московские ведомости», которые и становятся его любимым детищем.

С 1868 года Катков – основатель и попечитель Лицея Цесаревича Николая при Московском университете. Под именем «катковский лицей» это заведение войдет в историю. На посту директора заведения, Катков дослужился до высокого чина тайного советника.

Видя в классическом образовании своеобразную прививку от увлечения нигилизмом, Катков с негодованием отмечал, что в результате падения образовательного уровня аудитории вузов оказались забитыми «толпами полуграмотных мальчишек, не способных ни к чему отнестись критически, неспособных продержать две минуты одну и ту же мысль в своей голове…»

С точки зрения Каткова, свобода в государстве невозможна без «власти», поскольку

только власть способна защитить личную свободу людей. Власть является элементом

общественности, а государство – завершением системы общественной власти. Люди

обретают в лице государства высшую свободу, а «когда и верхние слои, и темный народный фундамент проходит сознание, что существующий государственный строй есть  дорого купленный и подлежащий самому бережному охранению результат тяжелой исторической работы, поднявшей страну, тогда, будет ли страна демократической республикой или неограниченной монархией, она чувствует себя свободною».

Как и Победоносцев, Катков полагал, что гуманное отношение к людям требует не потворства их порокам и недостаткам, а решительного противодействия тому, что их губит. Ослабление власти, отмечал он, порождает смуту, и вместо явного правительства появляются тайные.

В качестве силы, удерживающей государство и народ от падения в хаос, выступает самодержавие: «В России есть только одна воля, которая имеет право сказать “я –закон”. Перед нею 70 миллионов преклоняются, как один человек. Она есть источник всякого права, всякой власти и всякого движения в государственной жизни. Она есть народная святыня … Народ верит, что сердце Царево в руке Божией. Она заколеблется, колеблется и падает все», пророчески писал Катков.

Национальность в концепции Каткова – государственное понятие, а племенное происхождение, язык, исторически сложившиеся особенности характера, нравов и обычаев, религия не играют в данном случае никакой роли. Одно исторически выдвинувшееся племя закладывает основу государства, объединяет вокруг себя другие племена во имя государственного единства. Это племя получает значение государственной (сейчас бы сказали «государствообразующей») нации.

Будучи издателем и редактором журнала «Русский вестник» и газеты «Московские

ведомости», формировал определенный образ России за границей. На страницах «Русского вестника» были опубликованы «Отцы и дети» И.С. Тургенева, «Преступление и наказание», «Идиот», «Братья Карамазовы», «Бесы» Ф.М. Достоевского, «Анна Каренина» и первые главы «Войны и мира» Л.Н. Толстого, «Князь Серебряный» А. К. Толстого.

«Катков – крестный отец четвертой, как теперь говорят, власти: политической печати», – полагает современный исследователь А.М. Цирульников.

«Московские ведомости» снискали себе славу русского «Таймс». Благодаря ежедневным передовицам этой газеты, Каткова назвали создателем русской политической

печати. Этому в немалой степени способствовала его позиция, занятая в 1863 г. по отношению к польскому восстанию. Поддержка, оказанная «Московскими ведомостями» русской дипломатии, которая столкнулась с давлением европейских держав, выступивших в поддержку Польши, помогла России успешно выйти из сложившегося кризиса.

Катков в духе государственной национальности требует единых законов, единой системы управления, единого государственного языка – русского, единого «русского патриотизма», но при этом не подразумевает отказа других «племен», вошедших в состав государства, от своих языка, обычаев, религии, особенностей и т. п.

Противники Каткова, его современники, не стеснялись в выражениях.

Так, либеральный историк, общественный деятель, публицист (и, между прочим, – потомок Рюриковичей) П.В. Долгоруков так характеризовал своего оппонента: «вечно беснующийся Катков, которому непременно нужно вечно лаять и всегда кого-нибудь кусать, который в своих наездах всегда идет далее самого даже правительства и всякого, кто не разделяет его мнения, объявляет государственным преступником и даже изменником отечеству»

При Александре III роль Каткова усилилась. В это время редакция на Страстном бульваре превратилась в неофициальный правительственный центр, где вершились государственные дела, разрабатывались проекты “контрреформ”, обсуждались и намечались важнейшие должностные перемещения.

В Записке к императору Михаил Никифорович предупреждал об опасности прогерманской ориентации: «Услуги Бисмарка на Востоке опаснее и вреднее для дела России, чем его враждебные действия … Его услуги окажутся обманом …»

Эта позиция, как показала дальнейшая политика, ошибочно не была принята правительством. Каткова даже  вызвали к царю и, в сущности, отчитали. Уже после смерти издателя, Александр III раскаивался в этом, признавая, что Катков попал под горячую руку.

В обычной жизни Михаил Никифорович «часто болел, мучился бессонницей, засыпал в редакции где-нибудь на краю дивана или в вагоне московско-петербургского экспресса, куда вскакивал в последнюю минуту. Он вообще плохо различал время, вечно опаздывал, путал дни недели», вспоминали современники. Еще с молодых лет организм его был ослаблен ревматизмом. Катков умер 20 июля 1887 года Катков от рака желудка.

 На его отпевании  митрополит Московский и Коломенский Иоанникий так оценил его труд: «Человек, не занимавший никакого видного высокого поста, не имевший никакой правительственной власти, делается руководителем общественного мнения многомиллионного народа; к голосу его прислушиваются иностранные народы и принимают его в соображение при своих мероприятиях».

Катков был похоронен на кладбище Алексеевского монастыря, впоследствии разрушенном большевиками. Построенный на этом месте парк «в начале 1980-х годов… был рассечен широкой трассой третьего транспортного  кольца. Где-то здесь и покоятся безымянные останки великого патриота России.

Современный историк С.М. Санькова убеждена, что принцип государственного национализма как объединяющего начала, может и должен послужить образцом для нынешней России, для которой крайне опасно ослаблять центральную власть. И с этим трудно не согласиться, учитывая трагический опыт 1917 и 1991 годов.

Александр РЕПНИКОВ

Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*