18+
18 Сентября 00:52
Памир заново учится говорить по-русски

Новые учебники русского языка поступили в Таджикистан. Почти 25 тысяч пособий на три миллиона рублей прислал на Памир Межгосударственный фонд гуманитарного сотрудничества государств-участников СНГ.

Новые учебники русского языка поступили в Таджикистан. Почти 25 тысяч пособий на три миллиона рублей прислал  на Памир Межгосударственный фонд гуманитарного сотрудничества государств-участников СНГ.

–В последнее время интерес к русскому языку стал расти в нашей стране. Молодёжь республики связывает перспективу своей дальнейшей жизни с возможностью получить работу в России, – подчеркнул министр образования Таджикистана Абдуджаббор Рахмонов.

Когда в начале 2011 года Таджикистан обратился к России с просьбой прислать преподавателей русского языка, масштабы проблемы, как теперь признают эксперты Фонда и филологи Российского университета Дружбы народов, не были поняты сразу.

При ближайшем рассмотрении стало ясно, что таджикских преподавателей нужно сначала научить … разговорному русскому языку.

На мастер-классах учителя с Памира откровенно признавались, что они сами давно не говорят на языке Пушкина-изменилась языковая среда. А при общении с москвичами многие из них просили говорить помедленнее. Плюс густой акцент.

Словом, ситуация практически беспросветная. Приходится  осознать неприятную правоту социологов Международного исследовательского агентства «Евразийский монитор»: сфера разговорного владения русским языком в странах СНГ сужается. Настолько, что молодое поколение этих стран не понимает по-русски, а если еще и понимает и даже преподает русский язык в школах, то уже не говорит.

«Не с кем», – жалуется Адиба Хамитуллоева из Гиссара.

«Нет языковой среды», – констатируют социологи. Вот с нее, языковой среды, носителями которой в Таджикистане перестали быть даже учителя русского языка, и решили начать организаторы мастер-классов.
Русский разговорный или «строительный»?

–Ведь проблема Таджикистана и почти всех республик Средней Азии в том, что они русскому языку учат детей еще по советским методикам. То есть как родному языку, но не три-пять раз в неделю, как в СССР, а один. И таким образом, они выпадают не только из современных методик преподавания иностранных языков, но и из тренда века – межнационального общения.

Оно в Средней Азии попало в прокрустово ложе: без русского языка не приживается, а среды для общения на русском или уже нет, как в селах, или оно сжимается, как в городах.

Хотя на первый взгляд с Владимиром Синячкиным трудно согласиться: в Душанбе всюду слышна русская речь.

– Столица все-таки не показатель, – возражает Адиба Хамитуллоева. – В районах, даже в городах, например в Файзабаде, многие школьники и даже выпускники вузов не могут не только говорить по-русски, но даже читать. Я знаю, что многие из школьников завтра поедут на заработки в Россию, поэтому не раз просила их: «Напиши автобиографию на русском».

Не могут! Понимаете, проблема обострилась настолько, что молодежь не умеет не только говорить, но и читать и писать на русском языке.

Как считает молодой педагог, иначе и быть не может: русские от них уехали, а язык преподается всего раз в неделю. К тому же не последнюю негативную роль играет то обстоятельство, что снижается качество преподавания русского языка в национальных школах. Квалифицированных кадров не просто не хватает. Когда Адиба Хамитуллоева училась в педагогическом институте в Душанбе, в ее школе в Файзабаде русский язык вел учитель физкультуры.

Он окончил институт физкультуры в Казахстане, в Алма-Ате, где все преподавание ведется на русском, вот и решил директор школы, что такому педагогу прямая дорога в учителя русского языка.

Однако такие «преподаватели», не владея методикой преподавания языка, как правило, идут по-простому пути: требуют заучивать наизусть тексты на русском, а потом их пересказывать. Так в СССР нередко преподавали английский и немецкий языки.

Ясно, что эти методики не только не соответствуют современным, но и отбивают желание что-либо изучать.

– Это еще ничего, – поддерживает разговор учитель из Гиссарского района Мирзо-Акрам Саидов. –У нас в соседнем кишлаке Кипчак русский язык в школе преподает парень, который года четыре проработал на стройке в Москве. Потом, когда его дети собираются на заработки в Россию, они ко мне едут – учиться заполнять миграционную карту.

Как признают эксперты ФМС, каждый второй приезжий из Таджикистана не может заполнить миграционную карту, пересекая российскую границу.

Курс на русский как иностранный

Ситуация стала настолько критичной, что граждане Таджикистана на рынке трудовых ресурсов СНГ из-за незнания языка межнационального общения становятся неквалифицированной рабочей силой.

Проблема усугубляется тем, что таджики относятся к языковой группе фарси, поэтому их общение с соседями – тюркскими народами Казахстана, Киргизии, Узбекистана и Туркмении – облегчается на одном понятном всем языке – русском. Но, выезжая на заработки как в Россию, так и в соседние страны и попадая в иную языковую среду, таджики, которым кажется, что они умеют бегло говорить по-русски, ничего или почти ничего не понимают.

–Чтобы переломить негативную тенденцию, – говорит Абдуджаббор Рахмонов, министр образования Таджикистана, – мы, во-первых, подняли статус русского языка до языка межнационального общения, что закреплено нашей Конституцией.

Потом, благодаря поддержке российского посольства сегодня во всех районах республики проводятся мастер-классы и семинары по повышению квалификации преподавателей русского языка. Нами издан обновленный «Русско-таджикский словарь».

И мы ждем преподавателей русского языка из России. Приезд гостей, желающих передавать свои знания, всегда вдохновляет и педагогов, и желающих научиться говорить по-русски. Но я понимаю, приезд гостей и мастер-классы проблемы не решат. Я бы сформулировал так: опираясь на помощь и компетенцию российских преподавателей, нам надо растить свои квалифицированные кадры.

Как признают и таджикские русисты, и филологи из России, задача номер один – обучить таджикских учителей русского языка современным методикам преподавания. За основу берется так называемая ассоциативная методика преподавания русского языка как иностранного.

Чуть раньше она прошла относительно успешную обкатку в Казахстане. Ее смысл в том, чтобы научить говорить по-русски, отталкиваясь от общих составляющих в двух языках – русском и казахском.

И вот на мастер-классе в Душанбе Владимир Синячкин дает таджикским русистам то же задание, что и несколько лет назад казахским:

– По-русски степь – широкая, а по-казахски – великая. А по-таджикски как выражается отношение к земле? В зале сначала повисает пауза. Потом рождаются варианты:

– У нас вместо степей горы. Земли мало, поэтому если переводить на русский, то «хлеб или лепешка – корень». Или, как у вас говорят, «всему голова».

– Потом, у нас много русских слов в таджикском – «трактор», «холодильник», «аэропорт», «вокзал», «музей» – это уже таджикские слова.

Как полагает Татьяна Гусейнова, преподаватель Российско-Таджикского (Славянского) университета (РТСУ), влияние русской и российской культуры на таджикскую сопоставимо с влиянием британской культуры на индийскую. Она считает, что надо разобраться и грамотно использовать уникальную историко-культурную ситуацию.

Поэтому, с ее точки зрения, задача мастер-классов по русскому языку – систематизировать как ассоциативный ряд, так и накопленный общий словарь русско-таджикских слов, с тем чтобы потом этот багаж использовать в преподавании русского языка. Частично это уже делается.

Так, учебников по русскому языку не хватает в таджикских школах, правда, их в республике большинство. Русскоязычные школы дефицита в учебниках не испытывают, так как они обучаются на основе российских программ. И как итог – большинство родителей в Душанбе предпочитают, чтобы их дети учились не в национальных, а в русских школах, куда выстроилась жуткая очередь.

– Когда была одна страна, СССР,  культурный контекст не был единым, но он был общим, – говорит Владимир Синячкин. – Сегодня, когда на русском общаются таджик и узбек или таджик и казах, где-то проявляется казахский, где-то киргизский или таджикский, а в целом – среднеазиатский культурный контекст. Русский контекст и культура постепенно уходят.

Нет или почти нет у них вокруг ничего русского. Я спрашиваю у русских преподавателей русского языка в Таджикистане и Казахстане: «На базе какого менталитета вы говорите?» Они отвечают: «Конечно, во многом местного». Хотя русский у них родной.

Отрыв русского языка и культуры от менталитета народов Средней Азии аукается россиянам, в частности, в том, что сегодня уже в России появилось много русскоязычных мигрантов, особенно из Таджикистана и Азербайджана, которые не вписываются в российскую жизнь и культуру и не собираются этого делать.

Проблема культурного контекста в том, уверены ученые, что россияне не настаивают на интеграции приезжих, считая, что мигрантам это не надо. Однако опыт Великобритании и Франции показывает, что в этих странах тоже так думали и получили проблему не интегрированных диаспор, устраивающих погромы и поджоги.

Себе подарок

Один из мастер-классов по русскому языку в Душанбе посетил министр образования Белоруссии Сергей Маскевич. Прибыл он к учителям в бодром расположении духа: накануне его приезда в Душанбе Минск открыл в Таджикистане сразу три филиала своих технических вузов, обеспечив их белорусскими кадрами. Преподавать они будут на русском языке.

– Вот какой подарок мы себе сделали, – пошутил Маскевич. – Кому подарок? – в тон отшутился сопровождавший его министр Абдуджаббор Рахмонов. И сам ответил: – Нам подарок.

Дело в том, что это тот редкий случай, когда правы оба. Белоруссия, как Россия и Украина, переживающие демографический спад и тенденцию к уменьшению числа студентов, нашла современный способ трудоустройства своих научных кадров и применения технологий.

А Таджикистан, где идет бум рождаемости на фоне оттока из страны и квалифицированной, и всякой рабочей силы, получил возможность подготовить высококлассных специалистов и закрепить их в родной экономике.

– Это хороший старт, он нам нужен, – говорит Абдуджаббор Рахмонов. – Нашим правительством разработана государственная программа по развитию в Таджикистане русского языка. Наша задача – поднять статус русского языка и постепенно начать изучать его с детского сада.

Еще поэтому таджикский министр поблагодарил белорусов за открытие в Душанбе белорусских филиалов технических вузов, но признал, что это следующий, интенсивный этап сотрудничества, к которому республика массово не готова по причине незнания многими людьми русского языка.

Стратегия Таджикистана, как и большинства Среднеазиатских республик, пока иная – сначала овладение разговорным русским языком при помощи десанта преподавателей русского языка из России и местных русистов, потом поступление абитуриентов в Сетевой университет СНГ, а следующий этап – повсеместное открытие в своих республиках филиалов российских, украинских и белорусских вузов.

 

Telegram Вести.UZ Подписывайтесь на канал Вести.UZ в Telegram

Криминальный Узбекистан

Загрузка...

Мы используем cookie-файлы для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая использовать этот сайт, вы соглашаетесь с использованием cookie-файлов.
Принять
Политика конфиденциальности