16+
18 Октября 05:26
Забытый юбилей незабытого юбиляра

Почти незаметным прошло 80-летие знаменитого ташкентского архитектора Серго Сутягина. Хотя он жив-здоров и востребован!  

Интересна и поучительна судьба Серго Михайловича.

Родился он в 1937 г. в Москве в семье служащих. Его отец – Михаил Васильевич, закончив Бауманское училище, был инженером, а затем парторгом крупного завода “Калибр” в  Москве и параллельно директором ФЗУ, где готовились кадры.

Имея освобождение от призыва, он, тем не менее, вызвался с оружием в руках идти на защиту Родины от фашистских захватчиков. Его назначили комиссаром полка добровольческой дивизии Дзержинского района  Москвы, а затем предложили быть комиссаром обороны города. Но Михаил Сутягин отказался, объяснив, что не может оставаться в тылу, должен идти на передовую со своими подразделениями.

О нем и его подвигах немало написано в книгах и газетах – “Москва 41”, “Народное ополчение Москвы”, “От Москвы до Берлина” и других.

В его лице Серго всегда видел пример беззаветного служения Родине и большой веры в Победу. И впоследствии это напрямую сказалось на двух работах С. Сутягина, выигранных на конкурсах. Один — в парке Шереметьево в Москве – “Памятник добровольцам Московского ополчения”, и второй в узбекском Чирчике– памятная композиция «Журавли».

Мать Серго – Александра (Ала) Александровна уже в Ташкенте работала заместителем министра торговли по кадрам, потом начальником общепита узбекской столицы сразу после землетрясения 1966 года, сумев при этом накормить всех строителей и горожан в  то жаркое лето.

Это была всеми уважаемая семья, их не раз звали в Москву, но Сутягины остались верны второй родине – Узбекистану.

Вернёмся, впрочем,  к биографии Серго Михайловича. С 1941 по 1945 гг. он жил с матерью в Самарканде. Именно там, очарованный Регистаном, он возмечтал стать архитектором. Затем они переехали в Ташкент, где Серго  в 1960 году закончил с отличием архитектурное отделение стройфака Среднеазиатского Политехнического Института. С того времени по настоящее время он бессменно трудился в ГУП “Узшахарсозлик ЛИТИ” (“УзГОСПРОЕКТ”, “УзНИИП Градостроительства”) руководителем проектной мастерской, главным архитектором проектов.

О том, как он работал свидетельствуют его награды: «Заслуженный архитектор Республики Узбекистан», Лауреат Госпремии Узбекистана им. Хамзы– за строительство “Дворца кино им. А. Навои в г. Ташкенте (“Панорамный кинотеатр”), Лауреат премии Совета Министров СССР за строительство киноконцертного зала на 2300 мест в г. Душанбе, Лауреат Международной Премии Всемирного Смотра-конкурса “BIENNALE 85” в Софии – за проект и строительство административно – общественного центра в Хиве, Лауреат Государственной и Международной Премии Узбекистана им. А. Навои за строительство комплекса Муздрамтеатра им. Хамзы и Литературного музея в г. Коканде (этот объект был отобран среди 20 лучших объектов на смотре Всемирная Исламская Архитектура на Премию Ага-Хана). Он —  Почетный гражданин г. Коканда, Лауреат многочисленных ежегодных Смотров-конкурсов “Лучший проект – объект года” Союза Архитекторов Узбекистана за проекты и постройки в разных городах Узбекистана, России, Украины, Белоруссии, Индии, Алжира, Казахстана.

Он являлся многократным членом Международных Жюри в Москве, Киеве, Минске, Нью-Йорке, Лаосе, Казахстане, потому что был признан как член Московского отделения Действительной Международной Академии Архитектуры, имеющий “Золотую медаль», как Академик проектной Академии “КАЗГОР” в Алмате, также получивший там  “Золотую медаль”, как Профессор Международной Академии Архитектуры МАА в  г. София, как обладатель «Золотой медали» ВДНХ за Монумент погибших  в ВОВ 1941-1945 гг. в г. Чирчике (“Аисты”, или “Журавли”). Впечатляет, не правда ли?

По жизни Серго Михайлович общался со многими крупными государственными деятелями.  С особенным удовольствием он вспоминает последнюю встречу с Шарафом Рашидовым, с которым он более часа разговаривал в  Хиве, докладывал по проекту застройки Административно-общественного центра в  Дишан-Кале, о памятнике Аль Хорезми. Это было в 1983 г. за несколько дней до  смерти главы республики.

Несколько иронично Сутягин вспоминает  знакомство с Борисом  Ельциным, тогдашним председателем Госстроя СССР. По поручению Секретаря Союза Архитекторов СССР Ю.П. Гнедовского, Сутягин давал пояснения новому министру по застройке  Москвы.

Вместе обойдя все экспозиции, Сутягин попросил Ельцина выступить на Совещании, но последний отказался, объяснив, что после его отстранения из ПОЛИТБЮРО к нему имеются много претензий и придирок, а он ещё только вникает в ситуацию проектирования и строительства в стране. Мыслями он весь был в политической борьбе с отмирающими позициями Горбачева и его команды, и напоминал собой гладиатора.

Рассказал он и ещё об одном интересном случае.

В 1967 году Сутягин возглавлял Делегацию Союза Архитекторов СССР на “Экспо-67” в Монреале. В программе поездки было посещение Резервации индейских ирокезов.

«Нас встретил Вождь этого племени “Кона Вага” (Хранитель огня) в национальной одежде, как и положено с перьями на голове. Стояли образцы Вигвамов и символов на высоких столбах. Под игру на там-тамах коллектив молодых ирокезов исполнял ритуальные танцы. Я быстро фиксировал это на страничках путеводителя черным и красным фломастерами. Затем, я подошел с переводчицей к Вождю, который похвалился знанием украинского, сказав мне пару фраз приветствия. Я обратил сразу внимание на его хохляцкое произношение и, главное, на его нос – “картошкой” и другие нюансы его образа.  И сразу, не размышляя, сказал – Вы не ирокез – вы либо русак, либо хохол! Он сначала обиделся и стал   уверять, что хорошо говорит не только по-английски и немецки, но и по русски.  Я продолжал давить на него. И наконец, отведя меня в сторону рассказал, что он бывший командир эскадрильи, летчик. Его подбили, он попал в плен, а потом освобождён американцами. Когда завершилась война, ему сказали: “Если вернешься к своим, тебя расстреляют, как врага народа, поедешь с нами, будет все нормально, получишь жилье и работу”.

«Я их послушал и поехал с ними в Америку. Попал в Монреаль, где было немало украинцев и после прохождения формальностей попал случайно, ради любопытства, в эту резервацию. Прочел их правила – не пить, старательно работать на любой работе. Я принял их порядки, а они, увидев мои организаторские способности, избрали меня «ВОЖДЕМ». Потом добавил – “Только вы об этом никому не рассказывайте”. Я обещал. У меня сохранились фотографии с этой с ним встречи. Потом, месяца через три, я прочел в газете “Известия” большую статью  с фотографиями этого вождя со всей его историей  — один к одному мне рассказанную. Эту статью написал Махмуд Эсамбаев — известный наш танцор, которому “вождь” все это поведал».                                                                                                                   Люди, знавшие давно Серго Михайловича, конечно же, знали и его замечательную супругу Галину Алексеевну, закончившую Хореографическое училище и 20 лет танцевавшую в ГАБТ им. А. Навои, а затем, после окончания театрально-художественного института им. Островского по специальности театроведение, проводящую цикл передач по телевидению, посвятив себя делу сохранения и пропаганды узбекского танца. Она была надежным тылом в насыщенной жизни своего популярного супруга и матерью двух прекрасных дочерей Александры и Карины.

Многое радует Серго Михайловича, но и многое огорчает. Подчёркивая, что Архитектура издревле являлась синтезом пользы, прочности и красоты, он вынужден сожалеть, что о красоте сегодня многие забывают, отдавая предпочтение максимальному удешевлению проектов и сооружений. Куда-то исчезает монументальное искусство (росписи, фрески, мозаики, скульптура и пр.), что значительно упрощает, обедняет среду, оставляемую нами для будущего.

Сутягину пошёл 81-й год, но он ещё очень нужен. Именно ему поручили архитектурное руководство строительством мемориального комплекса в память о первом президенте Узбекистана, чем он сейчас предельно занят. Но меня лично очень расстраивает, что его юбилей в Ташкенте никак не был отмечен, в том числе и русскоязычными СМИ.

Неужто мы разучились ценить людей, их дела, прошлое, которым надо гордиться?

А. Ходжаев